Махмуд «Мо» Мфинанга не ожидал, что R1S привлечет столько внимания, когда он фотографировал его по всему городу. Нью-йоркцы видели все. Они привыкли к экстраординарным вещам: культовым памятникам, сигналящим улицам, переполненным тротуарам и метро, предлагающим бесконечный парад новых зрелищ и звуков. Требуется немало усилий, чтобы заставить людей обернуться в непрекращающейся среде Нью-Йорка.
Мо родом из Детройта, где глазеть на автомобили и даже мыть и полировать их прямо на улице — любимое времяпрепровождение. Переехав в Нью-Йорк, он достаточно узнал о том, как живут нью-йоркцы, и решил, что у него не будет проблем с тем, чтобы остаться незамеченным на одолженном Rivian.
«Было интересно видеть, сколько внимания привлекает этот автомобиль, — говорит он. — Стоило мне опустить окна, как люди просто пытались заговорить со мной». Они хотели узнать характеристики, цены, сравнить его с тем, на чем ездили сами, или рассказать, что кто-то из их знакомых только что купил такой же. В городе, известном своими непрекращающимися гудками, когда что-то замедляет движение, он увидел, как R1S создает спонтанные моменты искреннего общения. Это стало неожиданностью.
Мо — опытный фотограф и визуальный художник, специализирующийся на автомобильной и архитектурной съемке. Его сотрудничество с Rivian стало его первым коммерческим автомобильным проектом в Нью-Йорке, что означало необходимость обратить свой объектив на особые отношения между людьми, автомобилями и дорогами, по которым они ездят. Детройт — «Моторный город» — практически синоним автомобиля. У Нью-Йорка другие отношения с машинами. Найти парфковку — это одно. А задуматься о том, зачем вам вообще нужна машина — совсем другое.
«В Нью-Йорке есть что-то очень кинематографичное».
Мо задался целью исследовать главный вопрос: что значит машина в Нью-Йорке? Без четкой точки зрения на этот вопрос все это просто листовой металл — какая разница, где снимать? Конечно, есть места и попроще.
«Нью-Йорк — одно из самых сложных мест для фотографии автомобиля, — говорит Мо. — Поиск подходящих мест, выбор чистых кадров и погоня за лучшим светом в темных, узких каньонах между небоскребами — это постоянный компромисс. — Легко привезти красивую машину в Юту или Мен, где у тебя есть пустыня и горы — это чит-коды. Но фотографировать в городе — это полная противоположность чит-коду».
Тем не менее, это одно из самых благодарных мест для съемки. Едва ли найдется на земле другое место, которое так полно вовлекает вас в свою историю. Архитектура, огни, почти непрекращающееся движение на улицах, ощущение, что здесь всегда что-то происходит — вот что делает Нью-Йорк опьяняющим и незабываемым, когда вы его испытываете. «В Нью-Йорке есть что-то очень кинематографичное. Каждый день здесь мог бы стать отдельным фильмом», — говорит Мо.
Наступление темноты стало противоядием от дневного визуального шума, и Мо принял его. «Ночью единственное, на что ты действительно смотришь — это тени и свет, — говорит он, вместо подавляющей плотности всего и сразу. Его стратегия ночной съемки упрощает сцены, так что здесь меньше того, на что нужно смотреть, и больше того, о чем можно подумать. Городские огни мерцают и расплескиваются по поверхностям автомобиля, в то время как линии, текстуры и отражения создают ощущение глубины. Мо описывает свой привычный стиль как «холодный», но его снимки из Нью-Йорка обладают человеческим теплом, которого он совсем не ожидал.
Традиционная автомобильная фотография — это скорость, живописные места и глянцевый металл. «В Нью-Йорке все немного иначе, — говорит он. — Когда вы находитесь в городе, ваша машина большую часть времени просто припаркована. Она припаркована в пробке, на парковочном месте или в гараже». Использование привычного подхода шло бы вразрез с тем, что делает этот город особенным, и не позволило бы передать то, как нью-йоркцы на самом деле относятся к своим машинам.
«Ваша машина — это ваш самый дорогой наряд в Нью-Йорке».
Владение транспортным средством там, где царят уличная парковка и общественный транспорт, — это акт самовыражения. «Я шучу, что ваша машина — это ваш самый дорогой наряд в Нью-Йорке», — говорит Мо. Здесь то, что вы чувствуете по поводу своей машины, когда она припаркована или плетется со скоростью 2 мили в час, имеет такое же значение, как и ее разгон до сотни. Замедление темпа не умаляет романтики, оно просто смещает баланс того, что имеет значение. «Здесь есть определенная гордость в том, чтобы владеть красивой машиной», — говорит он.
На своих снимках Мо исследует пространство между наблюдением за автомобилем и пребыванием внутри него. Есть кадры, где архитектура словно поглощает его, и кадры, где он кажется вплетенным в ткань городского квартала вокруг; есть кадры, которые кажутся невероятно кинематографичными, и те, что похожи на фрагменты повседневной жизни. «Нью-Йорк по своей сути созерцателен», — говорит он. Снимки отражают этот ритм: владение автомобилем, созерцание его и оставление позади.
Нью-Йорк заставил салон R1S чувствовать себя как убежище. Передвигаясь по переполненным улицам, Мо говорит: «звукоизоляция и акустический профиль автомобиля очень и очень расслабляют. Мне на самом деле нравилось находиться в пробке». Затем, когда он заполнил сиденья людьми, «это превратилось в нашу собственную маленькую гостиную. В Нью-Йорке такое действительно сложно найти». Гул двигателей грузовиков, автомобильные гудки, кондиционеры и толпы пешеходов делают тишину и покой редкой ценностью. Поэтому, хотя традиционный автопром может воспевать ревущий V8, наличие его под капотом в Нью-Йорке вряд ли является преимуществом для большинства — меньше всего для кого-либо на улице.
«Когда машина заполнена людьми, она превращается в нашу собственную маленькую гостиную. В Нью-Йорке это действительно трудно найти».
Одной из целей Мо было раскрыть адаптивность R1S. «Это автомобиль, который, очевидно, уместен на Западном побережье, но также отлично смотрится и на Восточном, — говорит он. — R1S — очень хороший актер второго плана в жизни людей». Будучи высокоспособным внедорожником, R1S определенно чувствует себя как дома на горных тропах. Но он также прекрасно служит тихим, комфортным автомобилем на каждый день на асфальте. Его универсальность лежит в основе его индивидуальности.
«Существует поговорка: если вы выходите из машины и не оглядываетесь на нее, значит, вы выбрали не ту машину».
Готовясь к съемке, Мо потратил время на то, чтобы понять автомобиль. «Я просто пожил с ним какое-то время», — говорит он. Ему удалось органично вписать его в свой распорядок дня на Манхэттене и в Бруклине. Пересекая город вдоль и поперек, находя уличную парковку, выбирая места для съемок, перевозя друзей и выполняя поручения, он говорит: «Больше всего меня удивило то, как комфортно я чувствовал себя за рулем внедорожника повсюду».
Однако он не смог полностью противостоять искушению покинуть город. Дождливая поездка с R1S в Адирондак привела его на местность, которую многие могут счесть более привычной для Rivian: грязевые поля, отдаленные лесные дороги и деревенские кемпинги. Но это лишь одна из граней Rivian, одна из граней Нью-Йорка. Нью-йоркцы не проводят каждую минуту своей жизни в пяти боро. Они выбираются наружу и исследуют мир, как и все остальные. И эти долгие мили езды по трассе 87 между Таппан-Зи и озером Шамплейн на R1S — одно удовольствие.
Мо возвращается к своему главному творческому вопросу: что означает автомобиль в Нью-Йорке? Для него это выражение индивидуальности. Это говорит о том, что вы не против замедлить темп. Это убежище и лаунж-зона. Это прекрасный объект для созерцания на улице. Это побег от реальности. Одно можно сказать наверняка: жители Нью-Йорка любят свои машины ничуть не меньше остальных. «Есть такая поговорка: если вы выходите из машины и не оборачиваетесь на нее, значит, вы выбрали не ту машину, — говорит Мо. — Думаю, это говорит само за себя».
Избранное от Мо
